Виноват ли интернет в неграмотности подростков

«Все время за компьютером, вот и пишешь отвратительно», — вечный обитатель хит-парада родительских и учительских претензий к подросткам. На самом деле влияние интернета на грамотность гораздо более сложное и неоднозначное. Об интернете, орфографии и, конечно, «чмоках» в важном материале Любови Макариной.

Как однажды остроумно заметил Максим Кронгауз — автор, между прочим, весьма занимательных книг о современном состоянии русского языка, — у нас в России, спеша задать ритуальные вопросы «Что делать?» и «Кто виноват?», как-то забывают поинтересоваться, что, собственно, случилось. А случилось, по слухам, страшное: интернет пожирает грамотность детей.

Падение уровня грамотности очевидно и отмечается всеми: от родителей, в ужасе глядящих на исчерканные красным сочинения, до преподавателей журфака МГУ, пораженных «двух яростными кроватями» и «врочами» в писаниях первокурсников с высочайшими, казалось бы, баллами за ЕГЭ. И, конечно, все спешат обвинить в этом интернет. Так это или не так, и если так, то как с этим бороться? И (постойте, не спешите протестовать) нужно ли?

Есть общее место: кто много читает, тот грамотнее пишет (это не совсем так, но для простоты давайте считать, что этот тезис верен). Еще одно общее место: дети стали меньше читать, поэтому делают больше ошибок. Однако стоп! Формально, технически школьники читают отнюдь не меньше, достаточно зайти в метро, где едва ли не каждый первый подросток сидит (а воспитанные — стоят!) со смартфоном или электронной книжкой. Что изменилось по сравнению с временами «самой читающей страны»? Тексты. Меньше литературы, больше интернета: статусы в соцсетях, комментарии к новостям и так далее. И если бумажная литература худо-бедно, но держит планку, даже учитывая, что на редакторах с корректорами многие экономят, то интернет-территория свободна, в том числе и от правописания. А в эпоху веб 2.0, эпоху наполнения сети самими пользователями, сетевые орфография с пунктуацией и вовсе пошли вразнос.

Уже упомянутый лингвист Кронгауз рассматривает безграмотность не как примету времени и конкретно интернета. Просто раньше в публичную речь допускались очень немногие, а сейчас мы ежедневно, ежечасно имеем с ней дело в сети. Неграмотная речь стала публичной.

Чтобы понять, как интернет обогащает (или портит) язык школьников, нужно определить, что вообще влияет на грамотность.

На что из этого может влиять интернет? Очевидно, что на второе и третье, поскольку правила ты либо знаешь (и никакой интернет не в состоянии вытравить это знание из головы), либо нет. Остаются чтение и письмо. Что школьники читают и где они пишут? Чем они вообще заняты в интернете?

Подростки не просто пользуются интернетом — они живут им и живут в нем. Просмотреть обновления статусов друзей в соцсети для них так же естественно, как для их родителей вынуть из кармана телефон, чтобы посмотреть, который час. Причем, согласно ряду исследований, интернет способен, вопреки расхожему мнению, подстегнуть эмпатию подростка и стимулировать, а не притупить его интерес к окружающим.

Стиль текстов в интернете в основном имитирует устное общение: клиповое мышление, оперирование информацией на уровне отрывочных фрагментов. Подростки варятся в этом котле и заражают друг друга, в том числе и особенностями правописания. Интернет-речь подростков — это причудливая смесь обычной безграмотности и такого элемента сетевой культуры, как безграмотность специальная. Эти две тенденции — ненамеренное и нарочитое — совпали и переплелись.

Что делает школьник? Нарушает правила. Как? Сознательно, и это важно. Ребенок знает, что он нарушает правила, и знает, что именно он нарушает

Разумеется, мы берем идеальную ситуацию, потому что нарочитая неграмотность зачастую маскирует неграмотность реальную, в том числе и у взрослых («я грамотный, я просто так играю»). Но в целом такие языковые игры — это, возможно, последнее, что должно беспокоить родителей и учителей. Для ребенка важна самореализация и возможность почувствовать себя частью большого (и взрослого) сообщества, и интернет дает ему такую возможность. Я пишу как вы — значит, я свой.

Задача родителя и учителя в этой ситуации — не разбрасываться бездумными запретами, а объяснить, что если в интернете встретилось что-то явно неправильное — то написали это скорее всего нарочно и для смеха. Ребенок должен понимать, что это планировалось как смешное (пусть даже юмор, связанный с «преведами», в общем на любителя).

Поэтому нужно не только учить ребенка грамотно писать, но развивать у него еще и вкус и чувство юмора. Понимая, как правильно, ребенок с охотой включится в языковую игру, и «преведы» его не испортят

А ведь есть и жаргон онлайн-игр, тоже приводящий в ужас языковых пуристов. Оставляя в стороне вопрос их вреда (или пользы) вообще, констатируем, что такие игры — неотъемлемая часть досуга многих подростков. А общение между игроками — одна из важнейших составляющих онлайн-игр. Иноязычные термины заимствуются полностью, становясь в той или иной мере «обрусевшими», обрастая морфемами и производными. Просто потому, что в русском языке аналогов такой лексики нет, а английские слова простые, емкие и понятные.

Объясняя необоснованность претензий партнера по игре, ваш сын может сказать: «Да он нуб полный, гайд прочитал, решил, что имба, спулил пак мобов, пока наш хил афкал, мы и вайпнулись, Ну, кикнули его, а он вайнит теперь». Что приблизительно можно перевести следующим образом: «Да он самоуверенный невежда в игровых вопросах: прочитал руководство, возомнил себя великим игроком, атаковал группу монстров без предупреждения, пока наш лекарь отходил от компьютера и не мог принимать участия в игре, и в результате мы потерпели поражение. Мы его выгнали, а он теперь ноет и жалуется» (для примера: «кикнуть» — от to kick, гайд — от guide и так далее). Как в старом анекдоте: «Василий, разве вы не видите, что вашему товарищу падают за шиворот капли расплавленного олова?». В онлайн-играх такое общение, как в первом примере, эффективно и продуктивно, и трагедию из этого делать не стоит. Хотя все хорошо в меру, и грань проходит ровно в том месте, когда ребенок в ответ на упрек спрашивает: «Мам, ну вот что ты агришься?»

Итак, не надо бояться ни языковой игры, ни заимствований. Беда в том, что игра может стать нормой, а серьезно навредить способно не нарочитое, а случайное. То, что ребенок не осознает как ошибку. Освоение языка в школе, под надзором учителя, занимает ничтожную часть времени — гораздо больше школьник знакомится с речью самостоятельно. Зачем надрываться, расставлять запятые, если тебя и так понимают? Писать неграмотно становится не стыдно; тем более, грамотному человеку в интернете вообще сложнее, чем неграмотному. Об ошибки спотыкаешься взглядом, чтение само собой замедляется, и чем больше ошибок, тем медленнее читается текст. Ситуация парадоксальная: с одной стороны, общество желает сохранить традиции, сохранить грамотное письмо, с другой — не очень-то готово само этим традициям следовать.

Невозможно бороться с неграмотностью, не тратя сил. Да, мы взрослые, на нас никакие монстры вроде «вообщем» не повлияют; «мы же не станем писать безграмотно», «имеем право расслабиться после рабочего дня», «я не на диктанте» и так далее

Да, на нас «вообщем» может и не повлиять. А на тех, кто это читает? Интернет работает всеобщим посредником, в том числе и между миром взрослых и подростков. И если мы сами создаем контент, может быть, стоит думать не только о собственном удобстве, но и о собственных детях? Да и о чужих тоже. Чтобы помочь ребенку писать грамотно и избежать влияния интернета, нужно работать и над собой, и над своей грамотностью. И лучший рецепт в этом случае (простите за банальность) — собственный пример. Заведите себе аккаунт в социальной сети (если вдруг еще не завели), и необязательно даже добавлять ребенка в друзья: ваши записи он наверняка прочтет, хотя бы из чистого любопытства. Иметь перед глазами пример, как правильно вести себя в интернете, — это еще не повредило ни одному подростку в мире. Слишком сложно? Хорошо, можно начать хотя бы с идеальных с точки зрения орфографии и пунктуации смс-сообщений.

Неплохо приучить ребенка проверять свое собственное правописание или даже ваше: человек, который ежедневно, ежечасно существует в роли оцениваемого, будет рад на какое-то время почувствовать себя оценивающим. А если суметь реализовать это в игровой форме, для ребенка такая проверка может быть своего рода «квестом». В конце концов, напишите вместе с ним следующий «Тотальный диктант». Пусть ребенок понимает, что писать в интернете грамотно — это не столько обязанность, сколько право. Право вежливого человека, человека, уважающего собеседников. Добровольность — для ребенка это важно. Не случайно, говоря о «Тотальном диктанте», писатель Евгений Водолазкин (автор текста диктанта 2015 года) как раз заметил: «Если угодно, это форма любви к языку, а любовь не может возникать под давлением».

Итак, три возможных шага по минимизации вреда интернет-безграмотности:

— подвести ребенка к осознанию проблемы (без каких бы то ни было прямых запретов, работа по повышению грамотности не должна лишать человека возможности самовыражения)

— разработать вместе с ребенком план действий (от привычки пользоваться онлайн-словарями до совместных диктантов; благо, что можно не дожидаться нового «Тотального диктанта», а прямо сейчас написать один из диктантов прошлых лет)

Интернет — не причина безграмотности. Интернет — это зеркало. Что отразится в этом зеркале, зависит и от вас.